Главная Люди района Детство и юность ходят здесь по знакомым дворам
07.10.2023
Просмотров: 65, комментариев: 0

Детство и юность ходят здесь по знакомым дворам

По признанию Почётного врача Республики Коми Надежды Георгиевны Прокушевой, улица Кирова до сих пор самая родная, хотя уже почти не осталось старых вековых домов. Только здесь по-прежнему живут её детство и юность.

Ребёнок улицы Кирова

Я появилась на свет 12 сентября 1947 года в старом родильном доме, бывшей инфекционной больнице на улице Бабушкина. Меня воспитывали родители Мария Васильевна и Георгий Иванович Коноваловы, бабушка Августа Сергеевна и дедушка Василий Егорович Юдины. С них всегда брала пример.

До пяти лет я была ребёнком улицы Кирова. Запомнилось, как мама отвела меня первый раз в детский сад, позже там находилась сберкасса. Через два часа я оттуда убежала к гостинице, чайной, спустилась на Кирова и прибежала домой, к бабушке. Мне нужны были свобода и моя улица.

Бабушка держала двух коров. Она готовила в русской печи для них еду в большом чугуне. Потом выносила её в хлев, который размещался под одной крышей позади дома. Пасти коров дед и по очереди его дочери – Мария, Татьяна, Вера, Лена – ходили к Парме. Нас будили рано, в шесть утра стадо коров из домов от Динъёльки уже собиралось у калитки нашего дома. И мы отправлялись на пастбище. Руководил, конечно, дед. Обычно шли до Пармашора, поднимались вверх – сейчас там находится администрация района, новый посёлок, а тогда были луга – от улицы Пушкина до Космонавтов. Потом шли обратно. У деда был кнут, которым он ловко управлял стадом. В сезон оводов коров гнали к Парме и к реке. Вечером пили парное молоко и ужинали за большим крестьянским столом в южной комнате под иконами. Чай пили из медного самовара, кипятился он на улице или возле русской печки. Это всё так сплачивало, настроение всегда на высоте.

Особые отношения у меня сложились с маминой сестрой Верой, она очень мне помогала. Мы вместе с ней решали задачи по арифметике. Когда она жила на Динъёли-2, звала меня ночевать к себе, а зимой катила меня на санках по улице Советской до Кирова. Как же с ней было хорошо и спокойно! Мы понимали друг друга с полуслова. Когда я стала постарше, она приносила мне письма с почты. «Надя, тебе письмо!», кричала тётя Вера, и так всегда было приятно и радостно слышать её голос.

Самый лучший чомик

До пяти лет я разговаривала только на коми. Потом отца призвали на военную службу в Красноярск. Вернулись в Троицко-Печорск через два года, к тому времени я забыла родной язык. Тогда из Ухты ехали на грузовой машине, дорога была почти лесной. Родители везли большой сундук, а у меня имелся свой маленький, как коробочка, и большая кукла.

В семь лет меня отдали в школу. Мои друзья, подруги были все с улицы Кирова, наши дома стояли рядом. Это Валя Пыстина, Рая Пыстина, Вера Паршукова, Галя Пыстина (Иванета), Лена Гордель, Иван и Володя Пыстины. Все мы бегали друг к другу без всяких приглашений. – Они – ко мне, я – к ним. У каждой девочки был свой чомик – детский маленький домик. У кого в сарае или у дома, у кого на улице. У меня был самый лучший. Его смастерил дедушка Василий Егорович из фанеры, с окнами и дверью. Там было уютно. Возле окошка с занавесками стоял столик, маленький сундук, куклы, одежда для них и детская столовая посуда. В ней готовили суп из воды, хлеба и зелёного лука, и нам казалось очень вкусно. Мой домик нравился всем, мы ходили в гости друг к другу. Иногда мой чомик занимала тётушка Лена (в замужестве Шешукова), где она готовилась к экзаменам.

С друзьями-товарищами мы бегали в дом культуры на киносеансы. Билет стоил пять копеек. Особенно любимыми у нас были «Чапаев», «Броненосец «Потёмкин», «Максим Перепелица».

Как мы с Верой загорели

В школе дружила со своими же сверстницами с улицы Кирова. Они учились в коми классе, а я – в русском. Почти каждую переменку бегала к ним. Шли в школу вместе по оврагу, где стоит сейчас котельная или по горе к дому Морозовых-Поповых, чуть ниже стояла прачечная. Зимой со школы катились с горы на портфелях, смеялись и радовались, что кончились уроки. В школе подружилась с одноклассницей Светой Яраповой. С нами учились Миша Попов, Витя Ющенко, Вера Кресова, Лида Пантелеева, Галя Зубова, Лёня Тырин, Галя Яйцева и другие. Мы уважали учителей. Ходили в хоровой кружок, которым руководила Елена Владимировна Кошелева. Выступали с концертами на Нижней Омре, в доме пионеров и школе. Физкультуру вёл Леонид Иванович Попов. Однажды он дал команду: всем принести тёмные трусы, сказал, будем заниматься в такой спортивной форме. Мы с Верой Кресовой запереживали: у нас же ноги белые, что будем делать? Вера предложила, у неё в подполе морковь взять, натереть и соком намазать ноги. Здорово же тогда мы загорели! Леонид Иванович пригласил нас на баскетбольную секцию. Я пришла одна, и он со мной занимался, учил двигаться с мячом, броскам в корзину. Из школьных предметов мне очень нравилась география. Её преподавала жена директора школы Баранова. Учительница начальных классов Елизавета Ивановна Попова вела школьный кружок юннатов. На опытном участке выращивали цветы. У неё дома мы делали конвертики, куда упаковывали семена и рассылали их адресатам.

Новый год с подружками праздновали у нас дома. Ёлку приносила мама, она специально ходила в лес за Печору. Всегда выбирала красивую и пушистую. Каждому готовили маленький кулёк с пряником, сушками, конфетами. Было очень весело. Вечером катались в банном переулке на санках. А на Рождество ходили ряжеными по всем близстоящим домам. Выворачивали шубы наизнанку, надевали самодельные маски и мамины юбки. Колядовали, притопывали и пели, а нам давали конфеты, пироги и шанежки. Мы радовались от души.

Незабываемый эпизод на всю жизнь. Родители купили мне велосипед «Орлёнок». Ни у кого из моих друзей не было, поэтому выстраивалась очередь из желающих прокатиться. Я не жадничала и всем разрешала погонять на велосипеде, а сама ездить на нём совсем не умела. Как-то возле старой аптеки меня посадили на велосипед, и я съехала с горы на улицу Кирова!

Голубой Дунай и ларёк на углу

Самый известный магазин на Кирова – раймаг (позже напротив построили «Берёзку»). Там покупали очень красивые ёлочные игрушки, сейчас таких нет. Здесь были ленты, школьные формы и продавец Клавдия Васильевна Пыстина. Долго стояли возле прилавков, разглядывали разные мелочи в галантерее. Очень нравился отдел тёти Маши Тюфяковой с разными тканями – ситец, штапель, сатин, вельвет, шевиот, крепдешин, диагональ. Сколько их было много, помнится, до потолка! А она отмеряла отрезы деревянной линейкой и улыбалась покупателям.

В седьмой магазин (возле почты) бабушка посылала за хлебом. Привозили его в хлебный отдел на лошадке в телеге с будкой, которой управлял дядя Иван Тулаев. Очень нравился продуктовый магазин с другой стороны здания. Мы покупали здесь халву, слипшиеся подушечки, шоколадные конфеты «Буревестник», «Ромашка» и самые вкусные на свете ириски «Ледокол». Здесь продавали молоко, обрат, солёную селёдку и солёную треску в бочках, бочковые огурцы, конскую колбасу. Много позже на углу Кирова, на месте дома Воложаниновых, построили тарный магазин. А наши дети собирали на берегу стеклянные бутылки и сдавали их туда за уценённые подушечки, пряники и газировку.

Дальше по правую сторону улицы находился банк. Родители говорили, что это дом деда по бабушкиной линии Сергея Пономарева. Потом здесь со двора находился магазин уценённых промтоваров, где продавали пальто, платья, женскую и мужскую обувь, даже детские кирзовые сапоги. Рядом – двухэтажное здание, где размещался райпотребсоюз, до раскулачивания принадлежало тоже Сергею Пономареву.

Напротив нашего дома находился магазин, именовавшийся «Голубым Дунаем», здесь отоваривались пароходские. Там я купила первый магнитофон, очень тяжёлый. Когда ребята приходили в гости, они не отходили от него. По соседству с магазином – здание ДОСААФа, на котором размещался радиовещатель.

На Кирова был легендарный Агашин магазин. Почти рядом с полем, за рыбо- комбинатом. Продуктовый. Запомнилось, что там продавались мороженые яблоки. По субботам, после трудового дня, я бегала туда со стограммовым стаканом дедушки Василия Егоровича. Мне было пять лет, и я просто говорила, мне сто грамм. Бегом приносила деду стакан к ужину. Он очень радовался и улыбался. Я как-то узнала про содержимое и с рёвом разбила этот злополучный стакан. Когда дед изредка приходил навеселе после строительства домов и от знакомых, бабушка Августа Сергеевна его ругала. А он напевал свою любимую песню:

Я гуляю, веселюсь, только мамки не боюсь.

Та меня бьёт обухом: не ходи ты к молодухам.

Ты разбей хоть весь обух,

Я не брошу молодух!

А ещё был кудиновский магазин, там работала улыбчивая женщина Зоя Максимова. А чуть дальше на берегу Мылвы, в бревенчатом доме, на втором этаже, находился книжный магазин. Туда вела лестница. У продавщицы Евдокии Полещиковой покупали открытки, книги.

Там, где находилась «Берёзка», был базар. Длинные прилавки под навесом, где приезжие торговали семечками, яблоками. По левую руку от спуска с улицы Советской на Кирова стоял синий ларёк. Покупали там с подружками лимонад, весовые ириски, печенье, булочки-плюшки. Торговали здесь Ульяна Карманова и Ольга Сальникова. Когда привозили пиво, у ларька выстраивалась огромная очередь из мужчин с бидонами и вёдрами.

Дым в четыре трубы

Суббота – банный день. Все топили свои бани. В нашем банном переулке на берегу Мылвы из всех четырёх труб в субботу валил дым. Первая от дороги баня – Поповых-Мезенцевых (Бурдиных), затем у Пыстиных. Третья принадлежала Анастасии Пыстиной и четвёртая – ближе к реке, у Юдиных (дедушкина). Протопив, закрывали и выжидали время, чтобы не угореть. Парились, мылись. Топили бани и в обычные дни, особенно в сенокос или когда возили дрова. Воду носили из реки вёдрами на коромысле – и для бани, и для домашних нужд.

В доме деда была русская печь и полати. Мы очень любили там полежать – оттуда открывался очень хороший обзор. Дед лежал на печи, когда сильно уставал, а бабушка Августа всегда возилась на кухне. Она замечательно пекла на большом противне шаньги, пирожки с мясом, морковью, яйцом и зелёным луком. И, конечно, рыбники, а рыбу привозили с Подчерья. У нас в доме тоже была русская печь, моя мама тоже пекла. Отец вставал, а уже всё было готово на столе. Мама поднималась в пять утра, её грядки с луком, свёклой, морковью, кусты были всегда в идеальном порядке.

Чем выше, тем эффектней

В юности улица Кирова оставалась самой родной. Гравийная дорога, рядом проложены деревянные мостки. Мы с подругами, с кем работала в больнице, Майей Михайловой, Валентиной Пыстиной (Тури Валей) и другими вечером нарядные цокали каблучками по тротуару в клуб на танцы. Чем выше был каблук, тем уверенней и эффектней выглядели мы. В гору по Советской шла молодёжь из затона, а сверху – из нового посёлка. На танцах играли пластинки. А руководил «оркестром» Баштенко, он громко бил медными тарелками. После танцев расходились парами или компаниями. Ребята провожали нас до дому. Девчонок всегда было больше. Танцы продолжались до 22.00. Иногда из районного клуба шли в Затон ПУРПа, в клубе речников танцевали на целый час дольше.

С подругами обменивались нарядами. Часто шили новые платья, а к праздникам – обязательно, в мастерской, которая находилась на Кирова, напротив сельсовета. Мы были модницами и любили наряжаться. Мне нравилось одеваться у швеи Альбины Николаевны Степановой. Для новых нарядов я пользовалась журналом «Болгарская женщина».

Родительский дом

Мама начала трудовую деятельность председателем районного комитета физкультуры и комсоргом. Через полгода после победы в Великой Отечественной войне она поехала на курсы комсомола ВКП(б). Первого июня сорок девятого поступила литсотрудником в редакцию газеты «Печораса вӧрлэдзысь». Отсюда в феврале 1950-го её перевели в распоряжение завсектором единого партбилета райкома ВКП(б). Летом пятьдесят второго освободили с должности в связи с призывом мужа в ряды Советской армии. Первого марта Марию Васильевну Коновалову выбрали председателем Троицко-Печорского сельсовета. Она стала первой женщиной на этом ответственном посту. До неё руководили сельским советом только представители сильной половины. В августе шестьдесят первого выезжала на празднование юбилея республики. Тогда же её приглашали работать в столицу Коми, но она отказалась. Мама была занята на своей основной работе. Но дома всегда был идеальный порядок. На подоконнике – цветы, на окнах – белые занавески. Грядки ухожены, ни соринки, много цветов и смородины. Мама пекла шаньги, колобки, селянку, пирожки с зелёным луком, мясом, черёмухой.

Отец Георгий Иванович окончил в начале тридцатых педтехникум, потом продолжил образование на историческом факультете в педагогическом институте. Преподавал историю и географию школьникам в сёлах Шошка и Руч. В 1940-м его призвали в ряды РККА. Первый день войны застал отца в Черткове, подо Львовом, недалеко от границы. Фронтовыми дорогами прошёл всю войну и завершил боевой путь в 60 километрах от Берлина. Вернулся домой в октябре сорок пятого. Потом была учёба в Коми областной партшколе при ОК КПСС. После окончания отца направили завотделом пропаганды и агитации Троицко-Печорского РК КПСС. Работал завроно и зампредседателя исполкома райсовета. У него был хорошо поставлен голос и отличная дикция. Он тактично умел наставлять и всегда говорил, что надо учиться и получать высшее образование. И поддерживал мою учёбу морально и материально. Со своей пенсии первого числа каждого месяца отправлял мне, студентке, шестьдесят рублей. По тем временам большие деньги.

Обоих уже давно нет. А на улице Кирова меня всегда ждёт родительский дом, который когда-то в середине пятидесятых построил мой дед Василий Егорович Юдин для семьи дочери Марии. Здесь всегда хорошо!

Благодаря дедушке все его дети имели собственное жильё, только на других улицах райцентра.

Подготовила Ирина Дымова. Фото из семейного архива Надежды Прокушевой.

Комментарии
vkontakte

Архив новостей

понвтрсрдчетпятсубвск
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
2930     
       

Реклама

http://gazetazarya.ru/files/62/64/sayt1.jpg