Главная Общество МЫ ЕЩЁ ПОВОЮЕМ…
31.05.2014
Просмотров: 781, комментариев: 0

МЫ ЕЩЁ ПОВОЮЕМ…


Дочери погибших в годы Великой Отечественной напекли пирогов, шанежек, принесли грибы и варенье. Помянуть отцов накануне такого светлого праздника по народному обычаю – дело святое.
Надо отдать должное директору музея им А.Н.Попова Анне Семеновне Власовой. Учитель истории от Бога, она многое делает для сохранения памяти о войне. Её воспитанники пишут глубокие и содержательные рефераты о Великой Отечественной, кропотливо занимаются исследованиями. Пишут свою летопись о том, как сражались их прадеды в борьбе с фашизмом.
Приветливо встретила нас Анна Семеновна и сегодня. Прошлись, как всегда, по залам, познакомились с новыми экспонатами, которыми ежегодно пополняются хранилища.
У каждого из нас было свое детство. Но похоже одно на другое, как две горючие слезы. Похоже сиротством и голодом, непосильным трудом по дому и на колхозном поле.
Разговор начинает жительница Троицко-Печорска Алевтина Александровна Ситникова:
- Мой отец Александр Тихонович Ситников был смертельно ранен 11 декабря 1941 года в Новгородской области. Похоронен в деревне Кущеверы. За братской могилой ухаживают школьники. Когда на папу пришла похоронка, мне было три года, брату – два, а сестре Людмиле – пять. Какие мы помощники маме? Разве что плакали по ночам и постоянно просили хлеба…
- Мой отец Михаил Леонтьевич Сорокин был родом из города Иваново, - рассказывает Ирина Михайловна Туркало. - В октябре 1942 года его призвали на фронт, а уже 12 декабря он пал смертью храбрых в Карелии. Четверо нас осталось у матери. Пенсию не платили, хотя пришла похоронка, не пропал отец без вести.
- Мне не было и пяти лет, когда погиб мой отец, - вспоминает Владимир Андреевич Бажуков. - Так что я его почти не помню. Только две смутные картинки встают перед глазами. На  одной: сидим всей семьей за большим столом. Я с отцом рядом. Он ножом режет хлеб. А ещё помню, как его на фронт провожали. Из  Еремеево тогда призывалось несколько человек. На берег Илыча вышла вся деревня. На лодках ехали. Отец взял меня с собой. А сестрёнки плакали. Их не взяли. Только один год приносила почтальон письма от отца. Потом и нас горе не обошло. В похоронке сообщалось, что погиб отец смертью храбрых. Осталась жена Агафья в 30 лет с семью детьми. Беднее нас в Еремеево, пожалуй, никто не жил. Ходили по деревне и просили хлеба. Как-то зашёл в дом к учителю. Иконы в углу у него не было, висел какой-то портрет. Я снял шапку, помолился и попросил подать Христа ради.
- Володя, посмотри, перед кем ты молишься! - сказал мне учитель - Это же наш вождь Сталин!  
Да я тогда готов был хоть кому божиться, лишь бы кусочек хлеба дали…
Нельзя было упрекнуть солдатскую вдову в лености. Агафья билась, как рыба об лёд. С ранней зари и дотемна работала на колхозных полях. А дома дети управлялись. Они и сено на зиму заготавливали, и дрова, и в пору ягодную в тайге промышляли.
- Весь в Андрея Прокопьевича пошёл, - говорили старушки о Володе, – Отец несколько лет председателем был. В передовые колхоз вывел. Жалко, война скосила.
 За отличную учёбу школа наградила Володю новой рубашкой. Надел и на радостях все дома в деревне обошёл - показать обнову. А ещё помнит, как уже после войны во время школьных каникул кололи с сестрой Леной жителям деревни дрова. Несколько дней пилят, колют и складывают. Три рубля заплатят – настоящее счастье. К школе за лето на обувь зарабатывали. 72 рубля пенсии на семерых детей не хватало. Правда, в конце года колхоз ещё тазик муки семье погибшего выдавал. Тут уж мать фантазию в ход пускала. Горсточку муки подмешает, а потом чуток картошки толченой да львиную долю коры берёзовой. На вид пышки – черта обманешь. А  есть их – только желудок набить…
Долго искал В.А.Бажуков могилу своего погибшего отца. Когда  работал в райкоме партии заведующим отделом, во многие инстанции писал. В том числе и в Павловский район  Ленинградской области. А нашел в Павловском же районе, но Новгородской области. И фамилия на плите была не Бажуков, а Батуков. Всё остальное: имя, отчество, год рождения и место призыва сходились. Ездил с внуком на могилу. Сельсовет к его приезду поставил новую плиту, на которой было написано: Бажуков Андрей Прокопьевич.
На могиле  отца Владимир Андреевич поклялся поставить памятник в родной деревне. Проведя большую исследовательскую работу, установил имена всех 58 призванных из Еремеево солдат. Согревает душу то, что благородный порыв сына погибшего нашёл единомышленников не только в Троицко-Печорском районе, но и за его пределами. Стоит памятник защитникам Отечества в коми деревне Еремеево. Благодаря сыну погибшего теперь действительно никто не забыт и ничто не забыто.
 Галина Анатольевна Ярема – женщина тихая, немногословная. И по её судьбе прошла война.
– Мои родители любили друг друга, но мать моего отца была против брака. Тогда отец ослушался и ушёл из родного дома. А вскоре началась война. Папу призвали на фронт. В 1942 году сообщили, что он погиб. Извещение получила бабушка, но маме не отдала. Мы так и не узнали об этом, думали, что мой отец Анатолий Александрович Кудринский, 1919 года рождения, пропал без вести. Я ходила к бабушке, хотя она меня не больно-то привечала. Только один раз его карточку показала и опять в сундук спрятала. Жаль, что не знаю, где и как погиб мой родной отец…
Без отца росла и жительница Троицко-Печорска Евгения Ивановна Ярмолик.
- Мой отец Иван Казимирович Гордель родом из Слуцкого района Республики Беларусь. Проходил срочную службу до войны в Троицко-Печорске. Здесь и с мамой познакомился. Поженились. Потом папу направили в Ныроб. Мама собрала пожитки и поехала вместе с мужем. Нас было уже четверо. Вскоре началась война. В 1941-м отца призвали на фронт. Вестей от него не было, и мы  очень волновались. И вдруг пришло извещение, что пропал без вести. Мама вернулась вместе с нами в Троицко-Печорск, в родительский дом. Как же мы бедствовали… Голодали, с раннего детства работали. Ни одеть, ни обуть нечего. И мечтали о  Победе, чтобы досыта поесть черного хлеба. Наконец-то пришла долгожданная. Но жить наша семья лучше не стала. Кормильцем была только мама, работала уборщицей и сторожем - какая там зарплата… Пенсию за пропавшего без вести отца мы не получали. Мне было 12 лет, когда узнала, что есть такой Всесоюзный розыск, который всех находит. Пошла и подала заявление. И – представляете?! Отец наш нашелся! Жив! Проживает под Кисловодском, в станице Котляревской. У него давно уже новая семья и двое детей. Так что и такая сторона медали была у той войны. Мне всегда хотелось повидать отца. Когда выросла, решилась все-таки съездить. Оказывается, воевал он отважно. Награжден орденом Славы и многими медалями. Был очень тяжело ранен. Долгое время лечился в госпитале. Там его выходила санитарка, она и стала ему второй женой. Решил не возвращаться к нам, потому что новая жена тоже ждала ребенка. Вот и выходит: мы при живом отце оказались сиротами. Обидно. Но так сложилась судьба… Когда ездила к нему в гости, он постоянно просил у меня прощения. Я тогда ему сказала: «Бог простит». Не знаю, простил ли его Господь, но я давно простила. Все-таки не чужой мне человек, родной по крови. Но так уж случилось, что нашу семью война развела по разным жизненным дорогам… В 1992 году отец умер. Брат написал, что хоронили его с почестями как фронтовика и колхозного передовика.
…Была светлая картинка детства и у автора этой статьи. Дело было в городе Грозном, в августе 1956 года. Играла на улице. К дому подъехал мотоцикл. Дяденька в военной форме спросил у меня фамилию.
- Света Дейкун,- ответила.
- Тогда садись, поедем.
Я в коляску тут же уселась на зависть мальчишкам. Покатили. Провел меня офицер военкомата по всем врачам. Взял справки и снова домой привез. А тут и мама с работы пришла.
- Готовьте, - говорит, - девочку. Завтра в пионерский лагерь её повезу.
В том лагере Всесоюзного значения я впервые попробовала бисквитный торт. А ещё очень вкусные конфеты в золотистой обертке. Попала я туда, видимо, по горящей путевке.
Я долго ничего не знала о своем отце. У меня был отчим, которого я звала папой. Когда выросла, окончила университет, стала настойчиво искать свои корни. Оказалось, в Белоруссии живут две родные тети по линии отца и 18 двоюродных братьев и сестер. Сделала запрос в Подольск. Из архива прислали документы: папа погиб 11 марта 1944 года, награжден орденом Красной Звезды за взятие узловой станции Горловка. Обратилась в Министерство обороны, оттуда прислали посмертный орден отца в порядке наследования. В 1985 году его мне вручил Троицко-Печорский райвоенкомат.
Однако многое о войне я узнала только после того, как в Троицко-Печорск пришёл Интернет. Прошла по сайтам весь боевой путь отца. 271 стрелковая дивизия сражалась на Кавказе, Украине, в Белоруссии. Погиб Петр Дейкун на берегу реки Буг. В тех самых бандеровских местах, где опять возродился фашизм…
На сайте «kremnik.ru» узнала правду о фронтовых вкладах. Оказывается, у всех, кто защищал Отечество от фашизма, была фронтовая зарплата. Погибшие не получили её.
Написала в банк. Ответили, что не могут открыть тайну вклада. Подала заявление в Мещанский суд, который признал меня наследницей. Но от наследства осталось 95 копеек, деньги фронтовиков за эти годы обесценились, а индексация на вклады погибших не распространяется. Куда только я ни обращалась! К гаранту моих конституционных прав Президенту России В.В.Путину, в Министерство финансов РФ, в главную военную прокуратуру, генеральному прокурору РФ Ю.Чайке, в Верховный суд РФ, Министерство юстиции РФ и многие другие инстанции.
Написала в аппарат Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации. Получила ответ, что моя жалоба рассмотрена и направлена Уполномоченным по правам человека Э.А.Памфиловой заместителю председателя Правительства РФ О.Ю. Голодец с просьбой решить вопрос об индексации вкладов военнослужащих, погибших в годы Великой Отечественной войны, и установить порядок их выдачи в целях защиты имущественных прав детей и внуков. О результатах обращения, сообщил начальник отдела защиты прав военнослужащих и членов их семей Г.Ю.Поспеловский, сообщат дополнительно.
На днях, 22 мая, получила заказное письмо из аппарата Правительства РФ за подписью директора Административного департамента Правительства Российской Федерации, в котором мне сообщается: «В Правительство РФ обратился Уполномоченный по правам  человека в  Российской Федерации Э.А.Памфилова с просьбой рассмотреть вопросы возможной индексации открытых в Госбанке СССР вкладов военнослужащих, погибших в годы Великой Отечественной войны, а также определения порядка выдачи с этих вкладов денежных средств физическим лицам, имеющим право на их получение, в том числе детям и внукам погибших военнослужащих. Одновременно в Правительство Российской Федерации Э.А.Памфиловой направлена жалоба С.П.Секретарёвой, которая на протяжении двух лет не может в полном размере получить вклад своего отца – офицера, погибшего 11 марта 1944 года и посмертно награжденного орденом Отечественной войны 1 степени. Просьба внимательно рассмотреть обращение Э.А.Памфиловой и жалобу С.П.Секретарёвой, о результатах сообщить заявительнице и проинформировать Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации и Аппарат Правительства Российской Федерации».
Всё вернулось на круги своя...
...9 мая 2014 года дети войны с портретами погибших отцов шли в колонне к памятнику «Никто не забыт, ничто не забыто». Нас поздравил с годовщиной Победы майор отдела военкомата Артём Анатольевич Паценко. Окрест прокатилось дружное, троекратное «Ура!» - так приветствовали жители Троицко-Печорска. У пожилых людей, стоявших с портретами, навернулись слезы… Внимание и забота в старости дорогого стоят.
 Светлана Секретарева,
дочь погибшего офицера Великой Отечественной войны.

Комментарии

Архив новостей

понвтрсрдчетпятсубвск
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930   
       

Реклама

каталог организаций