Дом, в котором не бывает тишины

Односельчане, бывало, удивлялись: как можно находиться в такой беспокойной обстановке 24 на 7, не квартира – балаган какой-то. А для Алины и Павла Собяниных шум и гам в комнатах – просто привычный фон.

Они вырастили троих сыновей и стали родителями для девятерых приёмных детей. Год, как отправили на учёбу младшую дочку и остались вдвоём в большом доме, но к тишине никак не привыкнут. Даже несмотря на то, что затишье здесь наступает лишь в распутицу, когда дороги ещё нет, а вертолёт уже не летает. В остальное время кто-нибудь да гостит из детей или внуков. А по большим праздникам собирается под родной крышей по двадцать и больше человек.

Родителями не рождаются

Лично у меня люди, взявшие на себя ответственность по воспитанию чужих детей, вызывают восхищение. Приёмная семья – это ведь не просто деятельность, предусматривающая заработную плату, учёт трудового стажа и некий социальный пакет. Это работа без выходных и с полной самоотдачей. Тут мама и папа не могут выйти в отпуск или взять отгул. Физические и эмоциональные перегрузки не каждый одолеет. А Собянины такую жизнь считают для себя единственно возможной. Наверное, это призвание.

Алина выросла в Троицко-Печорске и в девятом классе осталась сиротой. Мамы не стало, а отец по объективным причинам не мог забрать дочь к себе. С теплотой вспоминает своего классного руководителя Яну Геннадьевну Калачёву, которая устроила свою ученицу в школьный интернат и сделала всё, чтобы та не оказалась в детском доме. Она стала для девочки больше чем учителем.

После школы поехала Алина в Пермь поступать в институт культуры, но ни город, ни вуз ей не понравились. На обратном пути за компанию с подружкой завернула в культпросветучилище Сыктывкара – одноклассница мечтала там учиться. Шутки ради тоже сдала экзамены и уехала домой с тем, чтобы устроиться на работу. Через некоторое время получила вызов.

После училища по распределению Алина попала в Приуральский и возглавила местный клуб. Полюбила этот далёкий прекрасный посёлок на берегу Илыча с первого взгляда. Справедливости ради скажем, что тогда он и не был столь уж далёким. Дважды в день летали самолёты до Троицко-Печорска и в Ухту. В понедельник, свой выходной день, она отправлялась первым рейсом в райцентр, к отцу, а утром следующего дня возвращалась и бежала на работу. И так в первое время почти каждую неделю. А вскоре вышла замуж. Один за другим появились на свет трое сыновей. Стало не до поездок.

И полетели годы – семья, работа, будни, праздники, садик, школа... Как-то быстро выросли мальчишки. Вот-вот младший школу окончит, учиться уедет, думала Алина со страхом. И мечтала о дочке. Однажды, было это в начале нулевых, предложили ей взять под опеку девочку.

– Отказалась сначала, да вспомнила, сколько добра сделали мне Яна Геннадьевна и совершенно незнакомая мне женщина, заведующая роно. Стыдно стало. Муж моё решение поддержал. Думали, малышку нам дадут, а привозят девочку шестнадцати лет, Анечку. Она спокойной, неконфликтной оказалась, мы поладили. Потом Лена в семье появилась, – вспоминает хозяйка.

Через несколько лет Собянины официально стали приёмными родителями. Семейный клан прирос сразу четырьмя детьми – Валя, Костя, Маша и Коля носили ту же фамилию, что и приёмные родители. Позже в семье появился ещё один Коля, за ним – брат с сестрой Денис и Доминика. Девочке всего три года было, когда она к Собяниным попала. Из своей прошлой жизни мало что помнила. А вот от историй старших ребят, которыми они делились в минуты откровенности, холодок по спине пробегал.

Как приручаются «ёжики»

Если сказать, что всё и всегда у них шло гладко и замечательно, это будет неправдой. Как и в любой семье, были притирка характеров, споры, обиды. Не сразу удалось заслужить доверие детей. На вопрос, что было самым сложным? – Алина отвечает: наверное, обдумывать каждое сказанное слово.

– На своих иной раз и голос повысить могла, не со зла, конечно. А тут сначала подумаешь, чтоб не брякнуть что-нибудь сгоряча и не ранить ребёнка. Однажды услышала такой совет: относитесь к своим обязанностям, как к работе. Но это не мой случай. Уход за взрослым человеком – да, ты можешь считать работой. А если берёшь в дом семилетнего ребёнка или трёхлетку, невозможно расценивать их, как обязанность, прописанную в должностной инструкции. Ты «пригораешь» к ним. Коля-младший долгое время был, как ёжик, на любое замечание или просьбу ощетинивался всеми своими колючками. Всё надеялся, что мама его заберёт, и жил будто на чемоданах. Сторонился. А у меня привычка – вечером обходить детей перед сном, каждого в щёчку чмокнуть, пожелать спокойной ночи. И всякий раз я чувствовала, как мальчик старается уклониться. Однажды закрутилась и не подошла к ним. Вижу, Коля в дверном проёме стоит. Спрашиваю: «Что-то случилось? Почему спать не идёшь?» А он отвечает: «Ты нас на ночь не поцеловала». Это такое... Словами не опишешь... До слёз. Мы с детьми через многое прошли, к психологу обращались, а потом всё наладилось, родные-родные стали. Мне психолог сказал, что я в отношениях с ними – не мама, а бабушка, такая же сердобольная. Может, в этом не слабость моя, а сила?

Что посеешь, то и пожнёшь

Собянины-старшие всегда много работали. Павел трудился бульдозеристом, после долгое время – чокеровщиком в лесу. Алина без малого тридцать лет руководила поселковым домом культуры. Ещё год вела в школе кружок рукоделия. Потом оставила работу и полностью посвятила себя приёмным детям.

Павел обеспечил семью максимально возможным уровнем комфорта – провёл в дом воду из колодца, установил водонагреватель, соорудил две пристройки, теперь в квартире пять спален, кухня и подсобное помещение, где имеются посудомоечная и стиральная машины. Построил тёплый гостевой домик, баню, хлев. Научился складывать печи, деревянные лодки мастерить. Такому плавсредству здесь нет альтернативы. На нём и выехать можно всей семьёй, и сено для скотины с другого берега доставить.

На подворье Собяниных – две дойные коровы и тёлочка-сеголетка. Молоко, сметана, масло, сыры, йогурты – свои, домашние. Мясо – тоже. Целое поле картофеля сажают, выращивают всевозможные овощи. Украшают участок цветами – это мамино увлечение.

Вообще, в сельской местности в большой семье проще, уверена собеседница. И в экономическом отношении, и в плане безопасности – здесь все на виду. И, конечно, в части формирования трудовых навыков. Как говорили им в опеке, приёмные родители должны научить детей всему, что умеют сами. И они учили. Не нотациями, а личным примером. Вместе – на сенокосе и заготовке дров, в огороде, в лесу. Чистота в доме – тоже общая задача. Девочки и корову подоить могли, и сорняки прополоть, и обед сварить. Мальчишки тоже готовки не чурались.

– Пельмени всей гурьбой лепили, – рассказывает Алина Владисовна. – Пирожки с мясом и котлеты стряпали тазиками, это все любят. К ним – семилитровую кастрюлю гарнира да супа столько же на обед. Пекли и торты. У Доминики по настроению очень вкусные рулеты и бисквиты получались. Тяжело? Нет, когда втягиваешься – это как сесть позавтракать, обычные повседневные заботы.

Ещё они любили все вместе ездить на рыбалку, путешествовать по родным местам. Ни один праздник в семье не обходился без костюмированных представлений. А как иначе, если мама по профессии – режиссёр? Дети поначалу смущались, потом привыкли и с удовольствием участвовали в домашних постановках. Привлекали к этому и друзей-приятелей. Те часто заходили к ним в гости.

– У нас пять комнат, и в каждой – по толпе, – смеётся Алина. – Шум и толчея мне не мешали. Наоборот, спокойнее, ребята – на глазах. А вот когда они разъехались, я сильно уставала... от тишины.

Место, где любят и ждут

Поначалу Алина не знала, куда себя деть. Было непривычно, что вдруг появилось свободное время, даже слишком много. Стала ходить на лыжные прогулки, вернулась к любимым занятиям – чтению, рукоделию. Она всегда любила что-то мастерить своими руками. Вязала игрушки, вышивала картины бисером и атласными лентами, украшала предметы интерьера с помощью декупажа, готовила поделки из природных и бросовых материалов. Теперь могла больше времени проводить в интернете в поиске интересных идей и решений, пробовать новые техники.

Дети при любой возможности стараются вырваться в Приуральский. Все уже самостоятельные, получили профессии, работают. Есть в семье фельдшер, сварщик, учитель рисования, продавец, шахтёр и даже рыбовод. Кто-то в районе остался, другие уехали в Сыктывкар, Ухту, на Вуктыл, в Санкт-Петербург. Двое парней – на СВО. У многих уже свои дети. Десять внуков у Собяниных. Алина с Павлом их не делят, родные, приёмные – все свои. Младшенькой, Алисе, – пять лет. Старшему, Андрею, – девятнадцать, он с двухгодовалого возраста каждое лето в Приуральском проводит. Все они дружны, все – на связи. Тёплые отношения Алина сохранила и с бывшей невесткой.

– Даже язык не поворачивается говорить «бывшая». Ну, не сложилось у них, нам-то нечего делить – одного человека любим, – уверена собеседница. – Она всегда желанный гость в доме. На праздники у нас много народу собирается, места всем хватает. В Новый год было двадцать пять человек. Жарили, варили, пекли, запускали салюты, гуляли, катались с горки целыми поездами. Весело!

При всём при этом у каждого из приёмных детей Собяниных есть родители. Только им вольная жизнь и свобода от обязанностей оказались важнее, чем собственные дети. Не та, что родила, а те, что воспитали, стали для этих детей самыми важными людьми. Их они называют мамой и папой. Сюда, на улицу Октябрьскую, приезжают, как в родной дом. Знают, здесь их ждут. И что бы ни случилось, найдут правильные слова и помогут.

Елена Савина

Фото героев публикации

Комментарии