Обрели покой и счастье на печорском берегу

Якша, как и многие лесные посёлки района, стала второй родиной для людей разных национальностей. Семья Домники Кирияк, к примеру, приехала на север из солнечной Молдавии.

Не так давно Домника Константиновна отметила 84-летие, из них 27 лет она живёт в Якше. Первопоселенцами на новом месте стали её родная сестра Екатерина Коновалова и дочь Стела.

Едет Стела за туманом

Стела Антонова, тогда ещё Кирияк, приехала в Якшу в 1987-м. Как в песне, за туманом и за запахом тайги. Была зима, и посёлок в чёрно-белых красках ей совсем не понравился. Устроилась нормировщиком в Якшинский леспромхоз. Подумала, год поработает и уедет. Но пришла весна, снег растаял, река скинула ледяные оковы, и через несколько дней пейзаж полыхнул зеленью. Глазам южной гостьи предстала совсем иная картина – яркая, жизнеутверждающая. И она, пускай не с первого взгляда, навсегда полюбила природу Припечорья. Никуда, конечно, не уехала. Встретила свою вторую половинку, вышла замуж, растила детей, трудилась на нижнем складе, на заправке, работала в клубе – учила ребятишек танцам и акробатике, пела в местном ансамбле. В нулевых попробовала себя в бизнесе, открыла магазин, позднее – кафе. Толчком послужило участие в совместном российско-финском проекте по развитию женского предпринимательства в сёлах республики. Стела разработала бизнес-план в сфере туризма, который удостоился гранта. Побывала в рамках сотрудничества в Финляндии и принимала иностранных гостей у себя. В последние годы работает вахтовым методом.

– Энергии много, – улыбается, – надо что-то делать. В прошлом году с весны несколько месяцев вахтовала и триста раз пожалела, потому что лета не видела. Мы же тепла ждём, чтобы цветочки сажать, наслаждаться природой, за грибами, ягодами ходить. Заряжаемся от этого. Думаю, пора завязывать с вахтами, хочется уже не наездами, а постоянно быть рядом с семьёй, с мамой.

С виноградников в тайгу

Родителей, а вместе с ними свою сестру Дарину с ребёнком Стела привезла в посёлок в 1998-м. Рассказывает, что в тот год их родину сильно лихорадило – то землетрясение, то наводнение. Дома у многих пострадали. Решили, что годик поживут в Якше и вернутся, займутся ремонтом. Тогда ещё не знали, что их отъезд на север – это путь в один конец. Позже к семье присоединился брат Лилиян – когда уезжали, он служил в армии. Последним прибыл Михаил. Сначала жили все вместе, одиннадцать человек, у Стелы. Потом она купила родителям квартиру. А там брат с сестрой создали свои семьи и стали жить отдельно.

– Я рада, что их сюда перевезла. Довольно быстро сделали документы, правда, от молдавского гражданства пришлось отказаться, чтобы упростить процедуру, – рассказывает Стела. – Мама здесь хоть отдохнула. На родине больше сорока лет трудилась в совхозе, сначала – дояркой, потом – на полях. Другой работы там нет. Домника Константиновна никогда прежде не уезжала так далеко от родных мест. И первое, что сказала: «Боже мой, сколько леса валяется просто так!» В Молдавии печи топили виноградной лозой, которую собирали после обрезки, стеблями кукурузы. Каждая веточка в дело шла. А тут...

Тяжело было ей пережить первую зиму. Казалось, морозы не кончатся никогда. С трудом давался язык – по-русски Домника не говорила совсем. Супруг задолго до того какое-то время работал на севере и мог изъясняться, но сильнее тосковал по родине. Так и не прикипел к здешним местам. А, может, не успел. В 2006-м его не стало. Местные запомнили Петра добродушным и улыбчивым человеком. Домника скучала меньше, дети и внуки здоровы, рядышком, что ещё желать матери? Да и некогда ей печалиться. Всё время чем-то занята. То читает, то вяжет или вышивает (разными видами рукоделия женщины в Молдавии владеют с раннего возраста), то выпечку затеет. Придерживается национальной кухни. Вместо обычной кукурузной каши варит привычную мамалыгу. В праздники готовит фаршированный перец или сармале (голубцы), только на родине их чаще делали с виноградными листьями, а здесь, конечно, с капустой.

– Хлеб очень вкусный печёт. Семьи в селе большие были, и наши мамы, бабушки выпекали сразу по двадцать буханок, – вспоминает Стела. – Такого вкусного хлеба я больше нигде не пробовала. А какие борщи варили! Специальный квас придавал им особенную кислинку. Дрожжи для него изготавливали сами из кукурузной, пшеничной муки второго сорта и виноградного жмыха. Делали брынзу из овечьего молока, она ни с какой другой не сравнится. А плацинда – традиционный молдавский пирог из тонкого теста с яблоком, творогом или картофелем – до сих пор любимое блюдо семьи. Мама его печёт на всех.

– Самая лучшая выпечка – у бабушки. Это подтвердят соседи и знакомые – она любит всех угощать, – добавляет внучка Эльвира.

Она всегда возвращается

Эля родилась и выросла в Якше. Свой посёлок любит и всегда возвращается сюда с радостью. Говорит, куда бы ни уезжала, душа просится обратно.

– Люблю копаться на участке, это у нас семейное, – улыбается, – по лесу бегать. В лесу лучше ориентируюсь, чем в городе. Часто одна хожу. Медведи? Я их не боюсь. Первый раз ещё школьницей встретила. Пошли всей семьёй за морошкой, глядь – медвежата играют, так и хочется погладить. Папа говорит: надо уходить, медведица где-то рядом. И тут она как рявкнет у нас за спиной. Вот тогда я испугалась. Но ничего, разошлись миром.

Несколько лет Эльвира с семьёй жила в Сыктывкаре, после – в Геленджике. Сначала работала управляющей, потом взяла в аренду гостиницу, столовую, стала работать на себя. И всё у неё получалось. Только жизнь в курортном городке специфична. Многоголосый и бойкий летом, зимой он тихий и тусклый. Создающий уют и удобства для отдыхающих он не может предложить комфорта постоянным жителям. Зарплаты мизерные. В магазинах ничего нет, кроме товаров повседневного спроса. В конце концов решили вернуться в Якшу. Сыну здесь больше нравится. Даже учиться стал лучше. Эльвира трудится вахтовым методом близ райцентра. Ехать недалеко. А главное – близкие рядом, родители. Живут в согласии, друг друга поддерживают. Бабушку без внимания не оставляют. Та по хозяйству пока сама управляется, ещё и на участке летом норовит детям подсобить. По старой памяти занимается обрезкой, только не виноградной лозы, а ирги да смородины. Руки дела хотят, здоровье вот только не всегда позволяет.

– Два часа поработает, после два дня лежит, – говорит Эля. – Наш золотой человек каждому старается помочь. Все мы, пятеро детей, десять внуков и восемь правнуков, бабушку обожаем.

Помнит, что было, ценит, что есть

А бабушка беззаветно любит их. Давно привыкла Домника Константиновна к Якше. Хотя, конечно, вспоминает родное село Токиле-Рэдукань, дом с большой печкой в русских традициях, на которой любили спать их с дедом внуки, горные пейзажи за окном, быструю речку Прут и румынские селения на другом её берегу. Вспоминает поля, виноградники, на сколько хватает глаз. Как строили им с мужем дом всей улицей (в молдавских сёлах всегда было принято помогать друг другу). Как громко, с песнями и танцами, отмечали праздники. Вспоминает своих родителей, которые жили долго и счастливо и умерли в один день. Счастливые! Господи, спасибо за то, что всё это было, говорит про себя. И за то, что есть сегодня. За детей, за внуков-правнуков. За жизнь.

Елена Савина

Фото из семейного архива Кирияк

Комментарии